Новая угроза — банковский национализм

 На предстоящих выходных в Вашингтоне для обсуждения реформы мировой финансовой системы соберутся министры финансов и главы центральных банков «группы двадцати» (G20), однако с собой они везут не только единое мнение о принципиальной необходимости усовершенствований, но и принципиальные разногласия о конкретных мерах, пишет газета The Wall Street Journal.

.

Эти разногласия, которые грозят перерасти в откровенный «банковский национализм», отмечают эксперты, могут дорого обойтись устойчивости всей мировой экономики.

.

С одной стороны, расхождения не кажутся непреодолимыми — вопросы о том, сколько средств банки должны откладывать в качестве обеспечения на случай непредвиденных потерь, и какие активы считать наиболее рискованными, можно разрешить. С другой стороны, по мере того, как экономики ведущих стран мира выходят из рецессии , воспоминания об угрозе краха крупнейших финкомпаний, проводивших излишне рискованную политику и чуть было не подорвавших всю мировую финансовую систему, тускнеют, а с ними рассеивается и убежденность в необходимости жертвовать национальными интересами ради общего блага.

.

«Противостояние трех враждебных цитаделей — США, Великобритании и Европы угрожает стать наихудшим из всех возможных последствий кризиса», — отметил партнер юридической компании Allen & Oliver LLP Боб Пенн.

.

Всего год назад на саммите G20 в Лондоне главы ведущих экономик мира сошлись во мнении, что существующие соглашения не отвечают требованиям времени и должны подвергнуться всестороннему обновлению. Однако, когда дело дошло до конкретных шагов, выяснилось, что политики охотнее всего защищают интересы национальных банков, опасаясь повредить хрупкому восстановлению экономики собственных стран.

.

Отсутствие единства при обсуждении реформирования финансовых систем и тем более реализации мер в национальном масштабе может привести к тому, что в конечном счете банки будут переводить операции в те страны, где регулирование окажется наименее строгим. Если же в ходе переговоров не будет принято никаких общеобязательных решений, банки продолжат работать в условиях устаревшего законодательства, уже однажды приведшего мир к кризису.

.

Политики в США, например, выступают против «антиамериканских» предложений, которые запретят учитывать в качестве резервов на случай потерь некоторые виды особенно популярных в стране видов ценных бумаг.

Французы недовольны тем, что их банкам, возможно, придется продать страховую часть бизнеса и существенно увеличить собственный капитал.

.

Великобритания требует от американских банков влить дополнительный капитал в свои британские подразделения, ссылаясь на то, что крах Lehman Brothers привел к огромным убыткам для банковской системы страны и научил британцев не полагаться всецело на иностранных регуляторов.

.

Усугубляет ситуацию позиция крупнейших банков, которые пытаются воздействовать на политиков и общественное мнение, приводя цифры возможных потерь экономики от введения нового международного законодательства. Так, крупнейшие американские банки заявили, что для того, чтобы соответствовать новым требованиям к капиталу, им может потребоваться провести размещение новых долговых обязательств на сумму свыше $1,5 трлн, что, несомненно, ограничит возможности кредитования реального сектора. Французские финансовые компании уверяют, что реформа финсектора может привести к сокращению темпов роста ВВП Франции в краткосрочной перспективе на 1,5 процентного пункта.